Насилие в школе

Буллинг в детском спортивном коллективе

С буллингом я впервые столкнулась в 10 лет, когда начала заниматься групповой женской акробатикой. Иногда считают, что травля существует исключительно среди мальчиков. Напрасно. Не знаю, как в других спортшколах, а в нашей буллинг процветал пышным цветом. Иерархическая система была очень, ОЧЕНЬ жёсткой. Увы, достойное место я в ней занять не смогла.

Девочкам-лидерам я не понравилась сразу же. Во-первых, я всегда была довольно замкнутой и не любила принимать участие в общих разговорах. Во-вторых, причёсывалась и одевалась не так, как все. В-третьих, умела подтягиваться и лучше многих прыгала быструю акробатику (до этого я занималась гимнастикой, так что у меня была очень хорошая подготовка). В-четвёртых, не хотела слушаться лидеров… В общем, причин было много. Но, наверное, самой серьёзной из них было то, что я выбирала себе «неправильных» подруг: многие из них сами в иерархической системе находились «ниже плинтуса» и тянули меня за собой.

О подругах хотелось бы рассказать поподробней. Одна из них (назовём её Дашей), очень скромная, вежливая и тихая, была чем-то вроде «мальчика для битья». Её совершенно не спасали ни красивая внешность, ни звание кандидата в мастера спорта, ни куча золотых медалей, ни многочисленные победы на городских олимпиадах по математике и биологии. На протяжении всех семи долгих лет занятий акробатикой она ежедневно подвергалась оскорблениям, насмешкам и издевательствам со стороны практически всех одногруппниц, включая её собственную младшую сестру. В неё плевали, называли уродом, ставили подножки, отбирали личные вещи, смеялись над ней. Девочки-середнячки с энтузиазмом поддерживали травлю Даши, потому что боялись, что иначе булли ещё сильнее начнут травить их самих.

Даша была уверена, что всё это происходило из-за её косоглазия (кстати, со стороны совершенно незаметного) и необходимости носить очки. Но, думаю, на самом деле виноваты были её жуткие комплексы, неуверенность в себе, неумение за себя постоять и, увы и ах, просто поразительная трусость. Даша ужасно боялась всех девчонок. Если я пыталась за неё хоть как-то вступиться, она бледнела, отходила в сторонку и делала вид, что знать меня не знает и здесь вообще ни при чём. При этом она ходила за девочками хвостиком и жаждала если и не быть полностью принятой в коллектив, то хотя бы с кем-нибудь подружиться. Когда я предложила Даше свою дружбу, она сначала с радостью её приняла, но после того, как мой авторитет опустился окончательно и бесповоротно (в основном из-за того, что я её же и защищала), Даша начала меня избегать. Оказалось, ей не нужны были непопулярные друзья. Мне такие друзья, как она, тоже были не нужны. Я перестала пытаться ей помочь. С тех пор мы даже не здоровались.

Другая моя подруга, Марина (имя в этот раз менять не буду, страна должна знать своих героев), напротив, была довольно популярна, хотя где-то после года дружбы со мной тоже начала подвергаться буллингу. В отличие от Даши она оказалась настоящим другом. Мы всюду ходили вместе и дружно оказывали отчаянное сопротивление булли. Марине было всего семь лет, но она не побоялась выступить практически против всего коллектива. Побольше бы таких людей, как она!

Другая девочка, ровесница Марины, которую также постоянно травили (назову её Аней), была очень старательной, вежливой и доброжелательной умничкой. Мы с ней не дружили, но только потому, что двум очень замкнутым людям сложно подружиться: каждый боится навязываться и поэтому не хочет подходить к другому первым. Аню регулярно «тюкали» старшие девчонки, а больше всех — одна из её партнёрш (девочка, с которой они вместе тренировались, пусть её будут звать Ульяной). Особенно досталось Ане в спортивном лагере, куда каждое лето ездила наша группа. Ульяна и сама была объектом травли со стороны лидеров, поэтому изо всех сил пыталась отыграться на Ане. Она каждый раз не давала ей нормально поесть («растолстеешь, а мне тебя тягать!»), из-за чего у Ани начались сильные проблемы с пищеварением, обзывала её и придумывала ей разные наказания за «проступки», что-то вроде: «Опоздаешь на тренировку на пять минут — будешь прыгать сто рандатов» (рандаты — это такой элемент). Я, собственно, про это сначала ничего не знала (мы с Мариной в лагере находились чуть ли не в полной изоляции от всех остальных), но потом Аня рассказала про это своей маме, её мама — моей маме, а моя мама — мне. Через неделю после приезда из лагеря Аня перешла в другую спортшколу. Довели.

Сейчас мне 16, год назад я ушла из акробатики, чтобы появилось время для подготовки в институт, и, честное слово, ни капли не жалею. За год у меня очень здорово повысилась самооценка. В классе всё замечательно, травля отсутствует напрочь. Мне теперь просто легче дышится. На тренировках я всегда вела с группой холодную войну. Конечно, мне было тяжело справляться с буллингом, но всё-таки гораздо легче, чем Ане или Даше. На самом деле у нас в спортшколе травили (и травят) абсолютно всех (за исключением лидеров или очень сильных личностей, которых попросту боятся), только кого-то больше, а кого-то меньше.

С Аней мы больше не общались, но я искренне надеюсь, что у неё всё хорошо.

Даша, регулярно награждаемая всё новыми медалями и грамотами, получившая звание мастера спорта, всё такой же несчастной, всеми презираемой тенью ходит за девочками и клянёт своё ни в чём не повинное косоглазие. В школе, насколько я знаю, её тоже всегда травили и, я думаю, так и будут травить по жизни: от буллинга очень сложно избавиться человеку, который ТАК дорожит «чудесными» отношениями с одногруппниками и одноклассниками, что не только ничего не делает сам, чтобы защититься, но и не принимает помощь от других.

Решительная, смелая и целеустремлённая Марина получила высокий разряд, регулярно побеждает на разных соревнованиях и готовится стать профессиональной спортсменкой. Она стала старше, и теперь её никто не травит: все её слишком уважают и боятся… нет, не так: боятся и уважают.

Себя изменить трудно. Гораздо легче поменять коллектив. Но, как я поняла, если в коллективе появляется хоть один-единственный неприятный человек, который обладает лидерскими качествами, неминуемо возникает буллинг. Этого явления не избежишь, и я до сих пор не знаю, как с ним справляться. Но мне кажется, что всё-таки нужно стараться стать хотя бы немного смелей и решительней, хотя бы чуть-чуть научиться давать отпор, чтобы не заработать себе таких физических (как у Ани) и психологических (как у Даши) проблем. Я всем желаю успеха в этом нелёгком деле и надеюсь, что у нас с вами всё будет просто замечательно. Мы победим! Удачи! :)

© vetkaivi.ru

( 1 голос: 5 из 5 )
Песенка, 16 лет
Песенка, 16 лет

Читать отзывы

Версия для печати



Смотрите также по этой теме:
Не бойся школы! (Андрей Кочергин)
Бояться страшно. Действовать не страшно (Протоиерей Сергий Титков)
Лучшей защитой от насилия в школе является здоровое мировоззрение (Психолог Любовь Бычкова)
Как родителям контролировать ситуацию, если ребенок подвергается насилию в школе (Психолог Лариса Трутаева)
Травля в детском коллективе (Психолог, педагог Людмила Петрановская)
Ребенок становится жертвой после того как он испугался (Психолог Светлана Швецова)
Истории из жизни о насилии в школе (Истории из форумов)
Как без особого труда добиться, чтобы тебя перестали дразнить и травить (часть 1) (Иззи Колмен)
Как без особого труда добиться, чтобы тебя перестали дразнить и травить (часть 2) (Иззи Колмен)
Ребенка обижали в школе... (Анастасия Мелихова, 15 лет)

Самое важное

Лучшее новое

диагностический курс

© «Ветка ивы». 2008-2018. Группа сайтов «Пережить.ру».
При воспроизведении материала обязательна гиперссылка на vetkaivi.ru
Редакция — info(гав)vetkaivi.ru.     Разработка сайта: zimovka.ru.     Вёрстка: www.rusimages.ru