Истории переживших насилие

Урок выживания в детской больнице

История эта случилась давно, больше 20 лет тому назад. Тот день был как все остальные, за исключением осмотра в поликлинике. На приеме врач сказал о необходимости консультации в специализированной клинике, расположенной в райцентре. Мне тогда было страшно интересно, ведь это первая возможность увидеть большой город своими глазами, а не только по телевизору. Бабушка договорилась с машиной предприятия, где она тогда работала, и мы поехали. Клиника располагалась в старом здании с мрачными коридорами. Прием прошел быстро, нас отпустили, но назначили контрольный осмотр через два дня.

В назначенное время мы сели на электричку, потом спустились в подвал на движущейся лестнице, где на поезде отправились к месту назначения. Ничего не предвещало надвигавшейся беды.

Осмотр прошел, нас с мамой и бабушкой вывели в коридор и сказали подождать. Подошла пожилая медсестра, и повела меня в направлении, противоположном от выхода. Мама с бабушкой остались сидеть и смотрели, ничего не говоря. А тем временем я скрылся за поворотом и оказался в пустой комнате, напоминавшей чулан.

Через некоторое время мы вышли, прошли узеньким проходом в предбанник со столиком. Задняя дверь закрылась. Но когда открылась передняя, коридор, где сидела мама, изменился. Даже цвет стен стал бежевым. Медсестра сказала не беспокоиться, все будет в порядке. Вскоре ко мне с «лучезарной» улыбкой подошел парень, все называли его Сашей, и повел меня в помещение со странным тогда еще названием «палата». Потом он вдруг спросил, не читал ли я «Мастера и Маргариту». Конечно, о произведениях Булгакова слышал в то время только краем уха, но это название было знакомым. «Так вот», — продолжил свою речь этот Саша, — «Я — Воланд, и мое слово — закон. Непослушание будет наказываться».

— А как же мама?

— Теперь я за нее, и точка.

— А ты сказки знаешь?

— Знаю.

— Какие?

— Была одна девчонка, очень плаксивая, и за свое непослушание она была наказана. Вот так.

После этой фразы он зажал мне нос и рот. Я старался сопротивляться, но его рука была куда сильнее моей.

— Уловил?

— Да.

— Будь благоразумнее, иначе все может закончиться плачевно для тебя.

Он ушел, а я стал искать медсестру, чтобы сообщить об инциденте. Но она мне просто не поверила: «Саша не будет такое делать, он хороший». Теперь ситуация стала понятной: здесь все верят исключительно этому типу. Даже если он меня задушит, все спишут на «естественные причины», а он выйдет из воды сухим.

Вскоре мне дали «мои» вещи: рубашку на два размера больше и игрушечного солдатика с соловьем на плече: «Они были переданы тебе». Посмотрев в окно, я увидел, что до земли было около десяти метров: «Так, через окно выйти не получится. Входная дверь закрыта, но должен быть и запасной выход. Душитель останется с носом». Но эти мысли оказались не более, чем фантазией: никаких запасных выходов не было и в помине. Так стало понятно, что помощи извне теперь не будет. Более того, Саша стал ходить за мной по пятам как шпион. Это уже стало по-настоящему опасно и расслабляться было нельзя. В редкие моменты времени он засыпал днем, давая сделать вздох облегчения.

На следующий день приехали мама с бабушкой, но видеться нам дали через стеклянную дверь, которую не открыли, как потом выяснилось «из-за недостатка места нам не разойтись». Наглая ложь, чтобы скрыть всю правду о «хорошем мальчике Саше-Воланде». Звук-то через перегородку не проходил. Тем более в предбаннике места было хоть отбавляй.

Больше ко мне никто не приезжал. Теперь главная задача — выжить, и ничего более. Однажды этот душитель сказал: «Из наркоза выходят не все», и усмехнулся. Я не понял, о каком таком наркозе он говорит, но была видна его любовь причинять другим боль. Но кладовщица была одна из тех, кто мне верил, и ее кабинет был в своем роде «безопасным местом», вселявшим уверенность, что тебя не убьют. Там стоял и телефон, который потом внезапно исчез. Как пользоваться этой «звонящей машиной», понятия не имел, но догадывался, что он может стать мостом между мной и мамой.

Но самый страшный случай произошел в туалете: выследивший меня Саша обхватил свой член, стал дергать его руками и спросил: «Мороженое хочешь»? Я тут же убежал. Странно, что он меня не задерживал. Боялся, видимо, чего-то.

Через несколько дней меня повели в странную комнату с большим столом, на который велели ложиться. Врач держал странное устройство вроде громкоговорителя с витым шнуром, и приложил его мне на нос и рот. Оттуда доносился непонятный запах. Потом непонятным образом я оказался в палате. После такого эксперимента было принято решение бежать, но для этого нужен был план: найти вход в подвал, сесть там на поезд и уехать.

Но сбыться ему было не суждено. Вскоре приехали мама с бабушкой, но теперь их пустили через перегородку. Ура, настал конец этому погребению заживо. Моя настоящая одежда тут же нашлась, а Саша с «лучезарной» улыбкой произнес, играя, конечно, на публику: «Мне будет без тебя скучно».

Выйдя на улицу, мы снова спустились по движущейся лестнице в подвал (слова «эскалатор» и «метро» станут известными через полгода), на поезде доехали до электрички, и уехали из этого злосчастного райцентра, как думалось, навсегда. По дороге я услышал историю, что мама практически каждый день звонила в больницу, чтобы узнать мое состояние. Фабула медсестры, говорившей с ней была предельно проста: «Вашему сыну здесь хорошо, он самостоятельный, ходит к холодильнику, забирает ваши продукты, но когда увидит вас, начинает плакать». Такая политика была направлена на сокрытие реальных фактов:

— К холодильнику я не подходил под страхом наказания со стороны «Воланда»;

— Продукты из холодильника доставались Саше и тем, с кем он считал нужным поделиться ими;

— Эпизоды агрессии Саши, включая попытку удушения, сознательно умалчивались.

Впоследствии выяснилось, что мама звонила в больницу с таксофона без входящей связи, так что воспользоваться телефоном для обратного звонка было бы невозможно. Еще бабушке разрешили увидеть меня во время сна, тогда свободное место нашлось сразу же, и ее пустили за перегородку. Но факт этот стал известен спустя время.

Так закончился мой неожиданный урок выживания в опасной среде.

© Vetkaivi.ru

( 5 голосов: 3.6 из 5 )
Александр, 28 лет
Александр, 28 лет

Читать отзывы

Версия для печати



Смотрите также по этой теме:
Спас железный стержень. История кавказской девушки (Зара, 20 лет)
Саморазрушение не выход. Воплоти свою мечту! (Джен Эйр, 30 лет)
Забытое изнасилование стало причиной депрессии (Марина, 25 лет)
Главное – я осталась личностью (Катюша, 15 лет)
Помог ваш сайт (Ирина, 34 года)
Жизнь в плену насилия и наркотиков (Дарья, 21 год)
Я пережила, а ты сможешь? (Вика, 23 года)
Уходите вовремя! (Юлия, 31 год)
Предательство (Валерия, 30 лет)
Я выжила в одиночку (Марина, 19 лет)

Самое важное

Лучшее новое

диагностический курс

© «Ветка ивы». 2008-2018. Группа сайтов «Пережить.ру».
При воспроизведении материала обязательна гиперссылка на vetkaivi.ru
Редакция — info(гав)vetkaivi.ru.     Разработка сайта: zimovka.ru.     Вёрстка: www.rusimages.ru